PravoTime

Обращаясь к анализу статуса граждан, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства (абз.

1 п. 1 ст. 1117 ГК РФ), следует указать на следующие условия отстранения их от наследования:

1) действия должны быть противоправными. Телюкина О.В. и Ю.К. Толстой справедливо обращают внимание на то, что ГК РФ не вполне обоснованно употребляет термин «действия», поскольку и бездействие может служить обстоятельством, позволяющим считать наследника недостойным.

2) действия должны быть умышленными. В большинстве случаев, когда совершается преступление с одной формой вины, проблем с признанием лица недостойным наследником не возникает. Интерес представляет вопрос о возможности признания недостойными наследниками лиц, осужденных за

умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ).

Обсуждая данную проблему, Т.И. Зайцева приводит пример, когда суд признал осужденное по ч. 4 ст. 111 УК РФ лицо недостойным наследником. Не соглашаясь с судебным постановлением, Зайцева указывает на то, что поскольку умысла на лишение наследодателя жизни нет, то действия осужденных не могут регулироваться правилами, содержащимися в п. 1 ст. 1117 ГК РФ и предусматривающими отстранение от наследования лишь при умышленном характере этих действий.

3) действия должны быть направлены против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании.

Закон не называет конкретных видов деяний (составов преступлений), осуждение за которые может повлечь признание лица недостойным наследником, а потому не следует ограничивать этот перечень деяниями, связанными с посягательством на жизнь наследодателя. Вполне допустимой видится ситуация, когда одно лицо приводит другое в такое состояние, что последнее вплоть до своей смерти не будет способно составить или отменить завещание;

4) с помощью своих действий лица способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства.

Как справедливо отмечается в литературе, для отстранения наследника от наследования по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1117 ГК РФ, мотиву совершения умышленных противоправных действий значения придавать не следует.

Это означает, что мотивом совершения таких действий может служить не только призвание лица к наследованию либо увеличение причитающейся ему доли наследства, но и ревность, месть, хулиганские побуждения.

5) обстоятельства должны быть подтверждены в судебном порядке. Выше отмечалось, что противоправное поведение может выражаться как в форме преступления, так и в форме иных правонарушений, не являющихся уголовно наказуемыми. В первом случае надлежащим подтверждением следует считать приговор суда, дополнительного решения, вынесенного по итогам рассмотрения гражданско-правового спора, не требуется. В то же время, если речь идет об иных правонарушениях, заинтересованным лицам следует обращаться в суд, который должен рассматривать их требования об отстранении от наследования недостойных наследников в рамках искового производства.

Впрочем, анализ практики рассмотрения дел о признании лиц недостойными наследниками позволяет выявить случаи, когда, несмотря на наличие вступившего в законную силу приговора, следовало обращение с иском о признании лица недостойным наследником, и суд рассматривал указанные требования.

Реализуя принцип свободы завещания, законодатель установил правило, в соответствии с которым граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество (абз. 1 п. 1ст. 1117 ГК РФ).

Толкование данной нормы вызывает споры в научных кругах применительно к ситуации, когда наследодатель, не зная о совершенных наследником деяниях, составил завещание после их совершения. Толстой полагает, что, если наследодатель об умышленном противоправном поведении наследников не знал и составил завещание в расчете на их добросовестность, заинтересованные лица после открытия наследства могут требовать признания завещания недействительным.