PravoTime

При отсутствии перечней законов, утративших силу и подлежащих изменению, ни законодатель, ни правоприменитель не имеют четких представлений о том, какие же сегодня законы действуют, а какие уже утратили свое действие полностью или частично.

Поэтому число неоправданной, «излишней» конкуренции норм многократно возрастает.

Еще один пример несоблюдения правил законодательной техники, влекущий в конституционном праве «излишнюю» конкуренцию нормативно-правовых предписаний, приводит Н. Варламова. Так, автор обращает внимание на тот факт, что «большинство конституционных принципов российского федерализма находится друг с другом в отношениях если не противоречия, то конкуренции».

При этом она отмечает, что крайняя «размытость», вариативность Конституции РФ в отношении федерализма являются следствием особенностей политической обстановки в момент ее принятия, когда не было найдено общеприемлемого варианта регулирования. В результате законодатель, нарушая требования юридической техники, закрепил «только общие принципы федеративного устройства, оставляя “на потом” и их доктринальную конкретизацию, и выработку механизмов их реализации».

Грубой ошибкой законодателя является и нарушение принципа приоритета специального закона перед общим при конкуренции норм по горизонтали. В частности, п. 2 ст. 3 ГК РФ определяет, что нормы гражданского права, содержащиеся в иных законах, должны соответствовать Гражданскому кодексу. В противном случае приоритет остается за нормами ГК. Аналогичное правило мы находим и в ст. 4 Закона РФ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации».

Названный законодательный нюанс дал повод некоторым ученым в своих публикациях считать указанный нормативно-правовой акт «суперкодексом» или «экономической конституцией».

Такой вывод, по справедливому замечанию В.Б. Козлова и П.А. Фалилеева, явно неудачен как с доктринальной точки зрения соотношения общего и специального закона, так и с юридико-технической, ибо законодатель будет вынужден в дальнейшем исчеркать весь Гражданский кодекс подобного рода оговорками. Кроме того, с позиций законодательной технологии неправомерно ставить ГК на вершину системы одноуровневых нормативно-правовых актов, а включением п. 2 ст. 3 в данный Кодекс «законодатель предал забвению юридическую теорию, логичность правовой системы».

Анализируя ошибки законодателя, следует учитывать и тот факт, что, к сожалению, применяемые ныне специальные законодательные акты грешат декларативностью, расплывчатостью формулировок, неадекватностью регулируемых общественных отношений. Подобные недочеты влияют на точность выражения воли законодателя в специальных актах.

Таким образом, вышеизложенное подтверждает, что проблематика правотворческого оформления конкуренции норм права продолжает оставаться актуальной и практически значимой, а отдельные положения законодательства по данному вопросу – требующими определенного совершенствования.

Имеется потребность в дальнейшем уточнении способов юридико-технического закрепления конкуренции норм права законодателем, в развитии общетеоретических положений о механизме и правилах ее оформления, что составляет важное условие, в конечном счете и для правильной квалификации фактических обстоятельств дела в процессе правоприменения.

Таким образом, рассмотрев возможности разрешения коллизий в условиях правовой системы России, можно прийти к выводу, что предотвращение коллизий в правоприменительной сфере связано с осуществлением целого ряда мероприятий, основными из которых являются: совершенствование законодательства, приведение в соответствие друг с другом федерального и регионального законодательства, гармонизация единого правового пространства; глубоко продуманная систематизация всех нормативных актов, позволяющих облегчить и ускорить процесс разрешения индивидуально-конкретных юридических дел, а так же обеспечить информированность участников правоприменительных отношений; строгое соблюдение конституционных и иных юридических процедур разрешения индивидуально-конкретных дел, а также основополагающих принципов правоприменения; своевременное издание коллизионных норм, устранение пробелов в праве; снижение уровня полярного правоприменения и толкования законов; повышение уровня правовой культуры и правосознания как законодателей, так и участников правоприменительных отношений; более четкая регламентация компетенции отдельных правоприменяющих органов, повышение роли Конституционного Суда РФ в разрешении конфликтов в сфере установления компетенции, недопущение выхода чиновников за рамки своих статусов и полномочий.