PravoTime

Рассмотрим пример из судебной практики, когда суд обоснованно отказал в удовлетворении требований о взыскании убытков и морального вреда за отказ в выдаче лицензии на осуществление медицинской деятельности, поскольку причинная связь между заявленными убытками и действиями ответчика отсутствует, а представленные заявителем расчеты убытков не подтверждены.

Уполномоченным органом здравоохранения области индивидуальному предпринимателю Г. выдана лицензия на разрешение осуществления медицинской деятельности сроком на три года.

В связи с истечением срока действия лицензии индивидуальный предприниматель Г. дважды обращался с заявлением о ее продлении в лицензирующий орган, однако его обращения остались без удовлетворения.

Решением арбитражного суда отказ лицензирующего органа в продлении срока действия лицензии индивидуальному предпринимателю Г. признан недействительным.

В районный суд Г. обратился с иском о компенсации морального вреда. По мнению заявителя, вступившим в законную силу решением арбитражного суда по спору между теми же лицами подтверждено наличие неправомерного бездействия ответчика по вопросу оформления лицензии, что является основанием для взыскания морального вреда.

Суд определил, что в силу положений статей 15, 16, 1064, 1069 ГК РФ для применения ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, доказанность размера ущерба.

Из представленных материалов следует, что истцом не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и неосуществлением строительства медицинского кабинета. Истцом представлены три варианта расчета размера требуемых убытков, однако эти расчеты также не подтверждены документально и признаны судами предположительными.

Учитывая недоказанность причинно-следственной связи между действиями ответчика и неблагоприятными последствиями у истца, а также размера убытков, суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения ответственности, предусмотренной ст. ст. 15, 16, 1064 и 1069 ГК РФ.

Учитывая статус заявителя, занимающегося предпринимательской деятельностью, и имущественный характер его правоотношений с ответчиком, требование о возмещении морального вреда отклонено судами обоснованно.

Ответственность за причинение морального вреда в общем случае возникает при наличии вины причинителя вреда - это четвертое условие. Вина, т.е. психическое отношение причинителя вреда к своим противоправным действиям и их последствиям, может проявляться в форме как умысла, так и неосторожности. Под умыслом понимается предвидение вредных последствий противоправного поведения и желание (прямой умысел) или сознательное допущение их наступления (косвенный умысел). Неосторожность может выражаться в виде легкомыслия и небрежности. Различие между этими видами неосторожности заключается в том, что в случае легкомыслия правонарушитель предвидит возможные вредные последствия своего противоправного поведения, в то время как в случае небрежности он не предвидит этих последствий, хотя должен и может их предвидеть (ст. ст. 24 - 26 УК РФ).

Судья ВС РФ, рассмотрев материалы по иску И. к Каякентской средней школе № 1 о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, И. работал учителем в Каякентской средней школе № 1, соответствующим приказом был уволен за совершение аморального проступка, несовместимого с продолжением воспитательно-педагогической работы. В отношении И. было возбуждено уголовное дело по ст. 133 УК РФ (понуждение к действиям сексуального характера).